lotta20 (lotta20) wrote,
lotta20
lotta20

"Дядя Ваня" театр им. Вахтангова, 16 ноября

Этот спектакль очень похож на театрализованную похоронную процессию. Скорбная музыка, много визуальной черноты, ритм спектакля соответствует похоронному маршу. Немного чёрного юмора. И - очень красиво.
Картинка  сложилось, когда появился Серебряков со свитой - практически "человек в футляре", выросший до ФИГУРЫ.
Кого хоронят - тут возможны варианты. Во-первых, опять же профессора, сменившего "футлярный" костюм на легкомысленный саван (ночная рубашка, видимо). Во-вторых, по- покойницки инфернальную замороженную Елену, в оргазме (или в чём-то ещё) раскинувшуюся на неструганом деревянном сооружении. В этот метафорический гроб вбивают гвозди все кому не лень.
Астров рассказывает Елене историю постепенного омертвения края, а в конце его обвешивают чемоданами так, как будто собираются утопить с этим грузом на шее.
Многие моменты спектакля играют на эту тему. Чего стоит огромный слуга, размахивающий тушками кур, якобы испугавшихся грозы, - как Том Сойер дохлой крысой на верёвочке... "Игра" на пыльном страшном пианино: вместо живого звука - стук колотушек ("пьяный сторож стучит МЁРТВОЙ колотушкой" - это у Есенина такие же совпадающие ассоциации).

Думала: с чего бы ЭТОТ дядя Ваня возьмёт себя в руки, помирится с профессором и будет надеяться на небо в алмазах? Оказывается - после укола морфием (или чем-то ещё) - и это как раз убедительно. Как убедительна страшно кричащая "я верую!" Соня, в конце по-мёртвому свалившаяся на все то же деревянное сооружение. И сам дядя Ваня, с покойницкой гримасой (вроде как зомби) удаляющийся в глубь сцены.
Забавно, что Соня с дядей смотрят вверх через закопчённое стекло: должно быть, боятся ослепнуть, увидев  "небо в алмазах".
И на всё это взирает большой, кладбищенского вида, каменный лев с человеческой мордой.

Я и так считаю Чехова мрачным писателем, но Туминас всё довёл до логической точки, добавив к чеховскому пессимизму его же врачебные ассоциации. В итоге мир, выстроенный на сцене, очень уж  напоминает мертвецкую. Говорить в связи с этим о работе актёров как-то не хочется, но сыграли, что велено. Хорошо сыграли. Лицо Маковецкого, превратившееся в посмертную маску, до сих пор перед глазами.
Tags: вахтанговский, театр
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 4 comments