July 15th, 2010

муха

(no subject)

Съездили на пару дней на дачу - опять на рязанском экспрессе. В дороге нам показывали "Д Артаньяна и трёх мушкетеров" - оказывается, я этот фильм люблю.
Общий уровень исполнителей - поразительно высокий, аж две суперактрисы - Терехова и Фрейндлих, признанная кинокрасавица Алфёрова (озвученная другой кинокрасавицей - Вертинской), блестящий мужской состав.
И вот что ещё интересно: из "главных" живы почти все - кроме Старыгина (что, пожалуй, было наименее ожидаемо, вроде бы благополучный актёр). Если сравнить с хотя бы "Обыкновенным чудом", в котором "главные" актёры-мужчины ушли почти все, то остаётся изумление перед столь позитивным кастингом "Мушкетёров".

Ну а в Подлуге - 2 ночи ночевали безо всякой жары, под одеялами даже. Днём ходили купаться. Даже утром перед отъездом успели, что очень облегчило дорогу и последующее вписывание в городскую жизнь с вечерним театром.
Хотя должна признать, что "равнодушная природа" как нагоняла на меня тоску с детства, так сейчас нагоняет ещё бОльшую. Потому и уезжаем из Москвы вот так, по-дурацки, на несколько дней и возвращаемся, несмотря на жару - с чувством отбытого срока. Ну хоть на сколько-то хватает здравого смысла.
муха

"Горе от ума - Горе уму - Горе ума" театр на Таганке, 14 июля 2010

У спектакля - тройное название, отражающее в какой-то степени подход Грибоедова не к социальной теме, которая так надоела всем учившимся в эпоху застоя, а к тому, что глубже. Школьный подход отставлен, и теперь выпускники,  имеющие весьма смутное представление о крепостном праве и прочих тонкостях нашей истории, скорее всего вообще не будут соотносить произведения литературы с эпохой  - хоть с какой.
Обвинять в этом театр нельзя, это я так... о наболевшем.

"Горе" - спектакль очень хороший, заставляющий вспомнить атмосферу первой главы "Евгения Онегина" с летящей Истоминой и культом изящества и вкуса.
Это впечатляет сразу - холодноватая балетная лёгкость, пуанты, корсажи, прозрачные белые юбки, прозрачные пластиковые веера и  букли на головах, прозрачная мебель.
Как фанат другого театра, с тоской вспомнила отточенность балетный движений Шантеклера, по сравнению с которыми ПА молодых актрис Таганки страдают "нижегородским" отсутствием шика - и это ощутимое слабое место изысканного спектакля.
Ещё одно УСЛОВНО слабое место - обиходный бытовой бубнёж грибоедовских стихов почти всеми актёрами, вступающий в противоречие со СТИЛЕМ. Но на этом своём мнении я не настаиваю, возможно, такова особенность ТРАКТОВКИ.
К тому же вообще вне стиля и даже вне привычного грибоедовского мира - замечательный Фамусов - Феликс Антипов, с простодушным обаянием, простодушной же хитрецой и отсутствием "значительности". Неожиданный, но талантливый и потому очень интересный.
Чацкий - Тимур Бадалбейли (по счастью, не танцующий БАЛЕТ - а только вальс с "арапкой-девкой" - к ужасу присутствующих) - кажется, учёл претезии Пушкина, как известно, отказывающего ему в уме за потребность "метать бисер" перед репетиловыми.
Говорит он больше с собой, а чаще молчит и наблюдает. Начинает в присутствии Скалозуба своё "а судьи кто?" - и тут же сбивается, самому делается смешно.
Этот Чацкий хорош именно УМОМ, интригу с Софьей он распутывает больше из любопытства и от любовных страданий защищён иронией и жизненным опытом. Приехал цивилизованный человек в экзотическую московскую глушь, пощекотал немного нервы - и прочь! И никакого "пойду искать по свету, где оскорблённому есть  чувству уголок" -  этих слов даже нет в спектакле.
Очень позабавил вояка-патриот Скалозуб (И. Рыжиков), одетый во что-то условно-казачье, громогласно поющий Дениса Давыдова и даже "Москва - звонят колокола".

Хороший спектакль - прохладный, как раз подходящий нынешней жаре.
... А костюмы Рустама Хамдамова, как всегда, не только стиль спектакля определяют но и сообщают ему что-то тревожно-ностальгическое, в данном случае - лёгкую светлую грусть.