June 22nd, 2015

муха

Питер (3) Главный штаб Эрмитажа и белые ночи

Несмотря на то что нам настоятельно советовали идти смотреть Фаберже, мы предпочли посещение Главного штаба Эрмитажа - прежде всего из-за возможности увидеть "выставку одной картины" - «Бал в Мулен де ла Галетт» Огюста Ренуара из парижского музея Орсэ. Впечатление прекрасное: когда речь идет об импрессионистах, оригиналы настолько превосходят все прочие варианты (включая видеопроекции и видеошоу), что надо идти и смотреть.
Да и само пространство Главного штаба очень интересно, по-современному устроено: много света, большая площадь, лабиринты коридоров, прозрачный стеклянный пол. При этом часть залов отделана и отреставрирована, как в традиционном музее: анфилада помещений с росписью на потолках, с хорошо продуманной окраской стен, старинными печами... Там выставлены не только произведения классической живописи, но и образцы мебели, костюмов, посуды и личных вещей.
Обычно я на высокой скорости прохожу залы с парадными портретами и пейзажами малоизвестных мне художников, но с нами была девушка, которую они как раз очень интересовали, так что я неожиданно узнала много любопытного.
А модернисты (несколько работ Кандинского, Малевича и других), картины из собраний Щукина и Морозова, а также современные инсталляции (Пригов) располагались в залах без декора, но с прекрасным светом.



Collapse )
муха

Джон Кейдж "Лекция о нечто", реж. Дмитрий Волкострелов, 17 июня 2015

Первую часть дилогии - "Лекцию о ничто" - я не видела, так что буду просто описывать новый спектакль, без параллелей, чтобы не сбиться, хотя вроде бы сценография совпадает или очень похожа на прежнюю.
В центре зала белый куб, у четырех граней которого сидят по три человека (всего - двенадцать). Перед каждой тройкой - экран, у каждого зрителя - наушники. У двоих из трех еще и брелоки-пульты. Мне достался самый важный: могла переключать каналы аудио. Правда, выбор невелик: по одному звучал текст лекции Джона Кейджа о музыке Мортона Фелдмана, по другому - соответствующая музыкальная композиция, по третьему - что-то похожее на уличные шумы. На экране в это время транслировались карты-схемы стран и городов, или же он просто светился одним цветом. Что было третьим, я не поняла, так как пульт переключения видео был у парня из нашей тройки. Еще меньше, думаю, поняла девушка, сидящая по центру, так как ей приходилось смотреть и слушать то, что мы с парнем выбирали, без возможности активного действия.

На "инструктаже" нас призывали помнить друг о друге, и я помнила, поэтому иногда переключалась с заумного текста на тоже заумную музыку, реже - на шум, гром и другие невнятные звуки - хоть какое-то разнообразие. Как-то совместить звук с изображением мне удалось лишь раз: на экране показали схему маршрута минского автобуса, и мы какое-то время следили за его движением под аккомпанемент объявления остановок и говор пассажиров. Но это было скучно, так что переключилась назад на лекцию.
Еще экран показывал, сколько времени осталось до конца спектакля и еще какие-то минуты-секунды. Так что, несмотря на сильную ограниченность выбора, все у нас было в комплекте: звук и изображение, пространство и время, ничто и нечто.
И пустота была тоже - кажется, неуправляемая. Вместо того чтобы просто расслабиться, я пыталась как-то воздействовать на происходящее и эту пустоту прекратить. Думаю, мой партнер с пультом от видео тоже не смирялся.
В худшем положении находилась девушка по центру, которая была вынуждена терпеть не зависящие от нее переключения каналов. Думаю, ее это раздражало. Во-первых, трудно войти в спектакль, когда его произвольно меняют, сбивают с найденного ритма. Во-вторых, неприятно отсутствие выбора, когда он есть у других. И в третьих, сама форма и смысл спектакля предполагают создание "нечто", то есть обозначение начала и конца отдельных отрезков - хотя бы путем нажатия кнопки пульта.
Актеров в спектакле не было. Собственно, в переключении каналов и создании определенного видео-звукоряда и заключалась театральная игра. Мне интересно, насколько "наш" спектакль отличался от тех, которые видели другие 3 тройки, каковы были предпочтения остальных.