October 4th, 2017

муха

Первая ЧАЙКА сезона

Я ее все-таки не пропустила)
Зал не был полон, но на поклонах сразу же поднялся в едином порыве. И у всех такие лица счастливые, что любо-дорого.
Со мной была Маша, которая не видела спектакль лет пять (до того фанатела по полной вместе со всеми), а с ней - ее младшая сестра. Так что у меня ко всему прочему был свой исследовательский интерес: посмотреть, какой после большого перерыва увидит "Чайку" и исполнителей человек, который помнит самое начало. Подтвердилось мое убеждение, что молодняк по большей части ведется на эмоции, а приобретенный далее опыт подключается и расширяет восприятие. Я страшно рада, что она не только получила сильное впечатление, без скидок на прошедшие годы, но и много другого почувствовала и узнала.
Потому что годы все же идут, а бродячая жизнь Сатирикона сказывается на состоянии не только артистов, но и декораций (их немного подремонтировали), костюмов... Уже и у Бутусова мелькают мысли о том, что можно закрыть спектакль, пока он не износился физически (слава богу, с ним никто из актеров не согласился - со слов Марьяны на встрече со зрителями). Маша говорит, что спектакль крут до невозможности, и я рада этому верить.
У нее же исследовательский интерес был свой: ее сестра-первокурсница не просто повторяет в восприятии юную Машу, она принадлежит к другому поколению, для которого в "Чайке" уже не так много открытий, как это было для нас. Какие-то похожие штуки она уже видела в театре и в кино.
Мне вообще кажется, "Чайка" так размахнулась своими крыльями, что ее влияние распространилось на весь театральный процесс, это уже всеобщее достояние.
В общем, VIVAT!
муха

"Волшебная гора" реж. К. Богомолов, Электротеатр Станиславский. Премьера. 4 октября 2017

Тот случай, когда спойлер прям-таки необходим - иначе нетерпеливые зрители будут думать, что все полтора часа спектакля их ждет лишь надрывный кашель и несколько стихотворений в исполнении Елены Морозовой. Не только! (на этом спойлер заканчивается).
О спектакле вот что. Думаю, почти у всех тех, кто дожил до зрелого возраста (а на молодежь рассчитывать здесь бессмысленно), есть близкие или знакомые, умершие от рака легких или страдающие им сейчас. Кашель, который встречает входящих в зал зрителей, ассоциируется именно с этим (а не с туберкулезом, как при Томасе Манне). Когда пережившие утрату снимают об этом фильмы, создают спектакли, пишут книги (мой сын писал) или просто, не переставая, говорят о пережитом - это очень эффективный акт психотерапии. Но для воспринимающей стороны смысл происходящего не столь очевиден. Возможно, каждый решает проблему восприятия спектакля по-своему.
Лично я закрылась, так как бередить ощущения 12-летней давности было не время и не место (среди нарядной публики, пришедшей на премьеру модного режиссера - уж точно не место). Если твои руки и губы помнят, как из тела любимого человека уходила жизнь, этот спектакль ничем не поможет и никаких открытий в тебе не совершит. И тогда полезли в голову мысли, не имеющие отношения к искусству: о тех, кто кашляет-надрывается (надеюсь, это запись), о тех, кто сдерживается изо всех сил, чтобы не раскашляться в зале, так как возникнет комический эффект... Ну и о том, что среди зрителей наверняка есть больные-обреченные, и уже знающие об этом...
Поскольку каждый судит в меру своей испорченности, у меня возникло впечатление, что создатели спектакля решали с его помощью (и с помощью зала, разумеется) свои проблемы, а всякие эросы-танатосы, Томас Манн, безупречная сценография Ларисы Ломакиной, безупречная Елена Морозова и ставший в последнее время дико харизматичным Богомолов - это красивая обертка, видимость спектакля. Впрочем, что есть спектакль сегодня?