lotta20 (lotta20) wrote,
lotta20
lotta20

Categories:

"Дон Кихот" театр им. Ленсовета 3 января 2015

Впервые поехала в Питер не на один спектакль, а на три, присовокупив к бутусовскому "Кабаре Брехт" "Дон Кихота" Баргмана и "Литургию Зеро" Фокина. И в общем-то, суммировав театральные впечатления, надо признать, что поездка того стоила - и по цели, и по результату. Делиться впечатлениями буду в хронологической последовательности.
"Дон Кихот" поставлен Александром Баргманом по пьесе Булгакова, и первоначально герой показался мне кем-то вроде Мастера, только без Маргариты: старый творец нуждается не в женщине, а в Музе, ее и находит - точнее, творит, силой воображения. Дон Кихот не писатель, он - режиссер и актер, воссоздающий прямо в жизни образ и мир, к которому стремится его душа. Поэтому так по-театральному используется пространство, поэтому так важен реквизит. Латы и шлем из жестяных ведер и рукомойника - это не ерунда какая-нибудь, а полноценный сценический костюм, а Росинанта и Осла можно просто нарисовать на стене. В одной из сцен "роли" старинных книг исполняют бутылки с вином (как в анекдоте про "начитанного" Чапаева или как в бутусовской "Чайке" - Тригорин с пивной кружкой вместо книги). Есть в спектакле и очень натурально разыгранный провокационный момент с возмущенной зрительницей, прерывающей спектакль и покидающей зал (за год до соответствующей сцены в богомоловском "Гаргантюа").
У Дон Кихота и Санчо (Сергея Мигицко и Александра Новикова) двойственная природа: с одной стороны, они вживаются в свои роли и верят им, с другой - как бы помнят, что они - актеры, у них настоящее человеческое нутро, им больно, они страдают, сомневаются. Не только приземленный Санчо, но и Дон Кихот осознает зазор между реальностью и миром воображения. А еще есть "чернь", которую увлекают монологи героя и его чудодейственный бальзам, а когда действие заканчивается (или оказывается не таким, какое ожидалось), толпа набрасывается на несчастных художников. А еще есть Герцог - высокопоставленный зритель, который любит "представления", к которым относит и поединки, но для него это не более чем развлечения, наравне с соколиной охотой.
Эту довольно логичную систему взрывает еще один персонаж - Сансон Карраско в исполнении Ильи Деля. Тут тоже есть "с одной стороны" и "с другой стороны". Карраско, в отличие от соответствующего героя Сервантеса, не фехтовальщик, а молодой ученый, бакалавр, и тут сперва намечается что-то вроде конфликта между рациональностью и воображением (какие-то допотопные "физики" и "лирики"), но на деле все оказывается иначе. Дель играет какую-то злую силу, инфернальное булгаковское существо, врага и искусителя, который уже появлялся на пути Дон Кихота в разных обличиях. Возможно, и в Антонию он влюбляется лишь для того, чтобы иметь формальный повод для поединка. На Карраско длинная узкая черная шинель - символ власти и гоголевско-булгаковской чертовщины, а когда он сбрасывает ее и называет себя Рыцарем Луны, то на его майке действительно мерцает полумесяц. И несчастный Дон Кихот пугается, потому что чувствует, что это уже не игра. Карраско побеждает рыцаря настойчивостью и коварством, и тогда оказывается, что его целью было вовсе не вернуть Дон Кихота к обычной жизни, а подчинить себе, лишить свободы творчества, а значит, вообще свободы.
Спектакль показался мне неровным: монологи подчас серьезно тормозят действие, во время "массовых сцен" возникает сумбур, но в целом он очень хороший. Главную смысловую нить держат в руках три сильных актера, утверждая веру в силу добра, справедливости и искусства.

дон кихот
Tags: театр, театр Ленсовета
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 3 comments