?

Log in

No account? Create an account
 
 
30 January 2017 @ 08:08 pm
"Пиковая дама" Коляда-театр, 28 января 2017  
"Пиковая дама" Коляды в целом представляет собой развернутую театральную иллюстрацию к пословице "Что русскому хорошо, то немцу - смерть", но на эту простую мысль режиссер накручивает достаточное количество смыслов: ксенофобия и "русская идея" в сочетании с преклонением перед Европой, трагедия старости и уходящее время, эгоизм любви, одержимость идеей и то, к чему эта одержимость приводит... В спектакле много интересных визуальных решений, главное из которых - сосуды с разноцветной мыльной пеной (сложный, многофункциональный образ).
Из-за вынужденного немногословия Германна в 1 действии пришлось выслушать два длинных монолога - Томского и Лизы. Это несколько утомило, но в антракте знакомый сказал, что ему понравилось, и объяснил, почему, а я понимаю, что мое мнение - не истина в последней инстанции. Вдобавок уже много раз пришлось столкнуться в спектаклях с эффектом накопления, когда повторы и долбежка в одну точку в конце концов вызывают нужную режиссеру реакцию - если не на спектакле, то после. В случае с Колядой отложенная реакция бывает часто, так произошло и теперь.
Приятное послевкусие связано также с мотивами ностальгии по ушедшей эпохе, за это отвечал музыкальный ряд, прежде всего немецкая песенка "Ах, мой милый Августин" и старинные романсы в неидеальном, но очень подходящем для спектакля исполнении: возможно, именно так пели пушкинские барышни. Как ни странно, здесь неважно неполное формальное соответствие этих романсов эпохе (в отличие от "Евгения Онегина" Туминаса, где "В лунном сиянии"идет диссонансом ко всему стилю спектакля, я до сих пор не могу смириться с использованием этого романса не по делу). Кстати, Коляду на фб спрашивали, что это за романс - "По дороге столбовой..." Он ответил, что сам сочинил. Если не шутка, то здорово!

Теперь отдельно о главном - о немецком языке. Как известно, это любимый язык российских режиссеров. Сразу приходит на ум насквозь пронемеченный "Лир" Богомолова с уморительно смешной сценой, когда Роза Хайруллина твердит:"Говорил я вам, учите языки!"- слыша русский, но принимая его за немецкий (похожая ситуация есть и в "Пиковой даме", во 2 действии). Или ария Ленского на немецком в богомоловском же "Событии" - роскошная сцена с падающим снегом. У Бутусова, помимо Брехта, где немецкий логичен, уже и Яго-Трибунцев в начале "Отелло" орет не только "Willkommen, Damen und Herren!", но и кучу других выражений. А в давнем "Макбетте" орали друг другу непонятные немецкие ругательства Дункан и его жена. Для российского зрителя немецкий не равен другому иностранному языку: за ним шлейф ассоциаций - от немецких романтиков и Ницше до "Гитлер капут". А российским режиссерам (речь не о Коляде) к тому же свойственна любовь к Берлину и современному немецкому театру. Да и само звучание немецкой речи, это Sturm und Drang, экспрессивно и драматургично.
Коляда идет еще дальше: он делает немецкий язык полноправным действующим лицом, определяющим поступки персонажей и их отношение к герою - Германну. Речь Лизы, которая употребляет чуждые слова, но не знает языка, вообще очень интересно застроена. Эта тяга к чужому для нее человеку и одновременно непонимание его выражает сложность отношений между мужчиной и женщиной, так как они в принципе говорят на разных языках, несмотря даже на советы из книги "Хорошая хозяйка" (тоже перевод с немецкого).
Неожиданно важной оказалась роль старой графини. Вера Цвиткис играет ее со сгущением красок, парадоксально, но в то же время очень достоверно. Графиня относится к Лизе не как к камеристке, а как могла бы относиться к дочери - любя, но не прощая ей молодости и красоты. Обыденный старческий эгоизм присущ многим дожившим до таких лет, но любви он не исключает. Это все есть у Пушкина в одной фразе графини (ее призрака), обращенной к Германну:"Прощаю тебе мою смерть с тем, чтобы ты женился на моей воспитаннице Лизавете Ивановне".
В опере Чайковского судьба Лизы заканчивается трагически, в спектакле - нет, и это ближе к Пушкину. Искренняя влюбленность в "похожего на Наполеона" Германна не противоречит главному - стремлению героини (Валентина Сизоненко) стать "хорошей хозяйкой". А преклонение общества перед Германией снимается последующим преклонением перед всем французским - просто мода сменилась.
Ягодин играет своего героя как человека, поглощенного одной идеей. Конечно, легкомысленные русские приятели добавляют масла в огонь, подтрунивая над "другим" (восхищение Германией в них спокойно уживается с презрением к немцам). Но определяющим все же являются качества его натуры: с одной стороны, стремление к порядку (Германн презирает безалаберных "русских" не меньше, чем они его), с другой - совершенно идеалистическое стремление к богатству (то есть к материальному). Из этого противоречия, а также из ощущения себя "чужим" произрастают одиночество, нарциссизм и, соответственно, безумие. Погибает графиня, надеявшаяся на вечную жизнь, погибает разум Германна, а для "нормальных" ничего не меняется, кроме моды, они продолжают существовать на поверхности жизни.
 
 
 
LiveJournal: pingback_botlivejournal on January 30th, 2017 08:43 pm (UTC)
"Пиковая дама" Коляда-театр, 28 января 2017
Пользователь kolyadanik сослался на вашу запись в своей записи «"Пиковая дама" Коляда-театр, 28 января 2017» в контексте: [...] Оригинал взят у в "Пиковая дама" Коляда-театр, 28 января 2017 [...]