lotta20 (lotta20) wrote,
lotta20
lotta20

Category:

"Циники", Et Cetera, реж. Полина Золотовицкая, предпремьерный показ

Этот роман Анатолия Мариенгофа я когда-то горячо любила - возможно, незаслуженно. Покорил он меня стилем и темой, которая из этого стиля вырастает. Экранизация Месхиева с Андреем Ильиным и Ингеборгой Дапкунайте была неидеальной, но стиль присутствовал - именно благодаря этим двум актерам, Ингеборге особенно. Роман таков, что прямо напрашивается на экран или сцену, но эта легкость ложная.
Фокус здесь вот в чем: очень много быта - грубого, неприятного, подчас кошмарного, речь же о военном коммунизме, потом - НЭПе (о годах действия регулярно напоминается цифрами-титрами). Если булгаковские герои стремились противопоставить этому быту остатки своего, родного, вырастив тепло семейного уюта и саму идею Дома из простого абажура и кремовых штор, то у Мариенгофа так не получается. Возвышенная бытовая деталь - книги - противостоять наплыву нового не в состоянии, недаром огромный сценографический стеллаж стоит пустым и больше напоминает колумбарий, на полках которого можно разместить много скрюченных тел и судеб. Другая деталь - сложного характера - конфеты "пьяная вишня". С одной стороны, еда - но слишком изысканная для голодного времени, потому не насыщает, с другой - опьяняющий дурман и, наконец, струйка сладкой крови на губах умирающей героини.

"Пьяная вишня" - это любовь в эпоху перемен, насущная необходимость и шанс на выживание. Не оценишь, не поймешь важности - всё, конец, распад души. В связи с этим возникает вопрос, о какой эпохе идет речь в спектакле, который на вневременное не тянет. Лучшая сцена - по стилю, красоте и соответствию духу автора - в самом начале, когда Владимир стремится с помощью "пьяной вишни" вернуть Ольге силы и желание жить. Хотя не сразу понятно, жива ли она еще, по-настоящему, без метафор. В те времена смерть обитала настолько рядом с жизнью, что границы подчас размывались. В воспоминаниях того же Мариенгофа есть о том, как он целую ночь пролежал, обнимая остывающее тело отца, убитого шальной пулей.
Но этой сценой "та" эпоха и завершается. Героиня вполне себе витальна, герой - вполне себе "жизнерадостный рахит", по выражению знакомой моей подруги. Утерянное прошлое - это время, когда они неплохо жили, получили образование, не думаю о его практической ценности, и приобрели высокомерный взгляд на жизнь. Родители "свалили", оставив детей следить за имуществом. Пожалуй, ближе всего это к нашим 90-м. И правда: эпоха перемен, и правда: потери и утраты, хотя ни о каком особом изяществе утраченного говорить не приходится. Есть и приметы нашего настоящего, но неубедительные: не очень-то мы пока оголодали, физически и духовно, чтобы вкус "пьяной вишни" воспринимать так болезненно остро и цепляться за него, как за единственный смысл.
В общем, в спектакле целых три "России, которые мы потеряли", и в единое целое они не сливаются, а вычленить из него камерную историю любви, не связанную с контекстом эпохи, тоже не выходит.
Если подводить итоги, получается вот что: увлекательный, цепляющий за душу материал подается динамично и красиво, с некоторыми моментами настоящей творческой правды. Стилистичеcкие огрехи, возможно, останутся незамеченными теми, кто смотрит с чистого листа. Да и меня, признаться, ничего в спектакле не раздражало, интерес держался до конца.
Tags: театр
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 4 comments