?

Log in

No account? Create an account
 
 
17 February 2010 @ 12:36 pm
"Ричард Третий" 16 февраля  
Примерно после Нового года "Макбетт" перешёл для меня в мемориальную фазу, что заметно сказалось на восприятии ДРУГИХ спектаклей, особенно, "Ричарда" и "Лира".
Я стала их смотреть более объективно, что ли... Например, если раньше некоторые актёры мне казались явно ЛИШНИМИ в бутусовском мире, то теперь всё вроде так и надо...

В этой новой ситуации самыми неожиданными стали два момента.
"Лир" оказался теперь любимым спектаклем - то есть не тем, который нравится больше других, а именно ЛЮБИМЫМ (явление из разряда  "жизнь продолжается").
Другой момент (не менее для меня важный): вчера смерть Бэкингема пробила так же, как раньше смерть Дункана.
Сравнивать трудно, я об общем впечатлении, в том смысле, что сильнее некуда.
Видимо, для этого было достаточно начать воспринимать эту сцену не как цитату из "Макбетта" ("найдите десять отличий!"), а как что-то самостоятельное.
Спектакль вообще вчера был сильным: с минимальным ёрничаньем героя и относительно восприимчивым залом.

Почему же всё-таки любимым оказался "Лир", а не "Ричард" ?
Ведь по-моему, очевидно, что "Ричард" куда более цельный спектакль: и в плане режиссёрского замысла, и в плане его воплощения. К тому же он мне приятнее эстетически: своей чёрно-белой графикой, музыкальным рядом... открытым лицом Бэкингема, в конце концов.

Cкорее всего, дело лишь в том, что героям "Ричарда" не хватает страсти, поэтому их не получается любить.
Нет, у каждого из них есть свой звёздный час, но в целом, они что называется, "страдают малокровием".
Бльшую роль в этом смысле играет парочка Трибунцев-Ломкин: убийцы, они же горожане, они же принцы-подростки - с их подчёркнуто иронично-отстранённым взглядом на происходящее.
Да и сам Ричард постоянно анализирует, посмеиваясь, и себя, и своих недругов и смотрит на всё как бы со стороны, предлагая то же самое зрителям.

Очень интересный момент спектакля - последний бой героя, вот тут уж кажется, страсть кипит! Однако сразу же выясняется, что Ричарду нужна была НЕ власть над теми "кто красивее его", а просто полное их уничтожение. Потому он и готов отдать престол за коня, потому и бьётся так страшно: чтобы напоследок убить как можно больше ИХ.
Недаром через весь спектакль проходит нитью наплевательское отношение к атрибутам власти: короне (вчера её разве что в зал не роняли, как в прошлый раз), трону (ведь Ричард, выбирая его для себя, даже на ведро усаживается простодушно).
То есть всё это время мы имели дело не с человеком, живущим ИДЕЕЙ ВЛАСТИ (как ошибочно полагал Бэкингем), а просто с маньяком, который мстит за поруганное детство.
Потому настойчиво повторяемая тема совести не звучит: герои даже перед смертью лишь констатируют, что их жизнь была неправильной, и теперь им приходится за это расплачиваться.
Несмотря на блестящую актёрскую игру, герои воспринимаются несколько упрощённо, в их поведении меньше смыслов, как будто при создании образов опять же использовались приёмы графики, а не живописи.