Category: медицина

Category was added automatically. Read all entries about "медицина".

муха

"Мастер и Маргарита" реж. Сергей Женовач, СТИ, Премьера, 10 марта 2017

Что делает знаменитый роман Булгакова востребованным театральными площадками вот уже много лет? Все просто: он сценичен, драматургичен, по-хорошему театрален: с яркими эпизодами, заостренными характерами, иронией, "чертовщиной" и романтикой. В нем есть все, что так любят зрители и актеры.
И от этого всего Сергей Женовач освобождает свою постановку. Клиника профессора Стравинского (не композитора), в которой происходит действие, не дает возможности разглядеть в спектакле то, к чему мы привыкли. Экзистенциальные страдания Пилата и Левия низведены в ноль тем, что эти персонажи - настоящие сумасшедшие, мало ли что им привидится, мало ли что привело их к такому плачевному положению. С Иешуа - еще хуже, он даже не страдает и городит булгаковский текст непонятно зачем. Какую-то связь с реальностью поддерживают Мастер и Иван Бездомный, но трудно доверять тем, кого "вырядили в сумасшедшие", так уж мы устроены. Свита Воланда - санитары, карательная психиатрия в действии, критики латунские, возможно, существуют лишь воображении Мастера. Маргарита, как и положено любящей женщине, до конца отказывается верить в безнадежную болезнь избранника: сначала она находится вне психиатрического пространства (интересная сценография Александра Боровского), на балконе, в обычной одежде (Евгения Громова здесь внешне сильно напоминает Елену Сергеевну Булгакову), но потом и ее засасывает безумие - и вот она уже вместе с "санитарами", замотанная в простыню.

Подзаголовок спектакля - "шизофрения в 2-х частях", и это его главный смысл. Мысль выражается настолько последовательно и четко, что объемные описания происходящего в Ершлаиме и "покоя", уготованного героям, кажутся лишними. Слушать их без скуки в конце долгого спектакля могут лишь те, кто плохо знает текст. "Психиатрическая" метафора раскрывается довольно быстро, и дальше интерес практически насильно поддерживается юмористическими репризами.
Но есть все же важный момент - предсказуемо связанный с Воландом. Алексей Вертков непостижимым образом превращается в известный всем, уходящий в прошлое типаж - сухаря-профессора, которому можно дать хоть 60 лет, хоть 300, хоть 3 тысячи. Он является в клинику с апельсинами в авоське - то ли наблюдатель, то ли творец происходящего, заселивший театральное пространство своими персонажами. Отстраненный, не особо сочувствующий страданиям "больных", как и положено Воланду, но в то же время заинтересованный тем, что видит. Или тем, что хочет рассказать.
муха

(no subject)


Мое дежурство закончено до половины.

В корпусе открыты все окна, задымление в коридорах, палатах, операционных, процедурных, перевязочных, туалетах и в большинстве ординаторских - такое же, как и на улице. В отделении реанимации окна закрыты, гари от этого не меньше, но разносится зловоние от гниющих при 40 градусах повязок и испражнений.
За прошедшие сутки в больнице умерло 17 человек. За позапрошлые - 16. К сегодняшнему утру за прошедшие сутки в морге больницы оказалось 65 трупов - наши плюс не "судебные" трупы из окрестных квартир. Трупы складывают в подвале стоя - холодильники уже заняты.
Скорая пачками везет стариков с фактическим тепловым ударом, под страхом увольнения скорой запрещено выставлять диагноз "тепловой удар, перегрев" ( потому что у нас - не жарко, у нас в городе - все в порядке). Мы тоже такого диагноза не выставляем - мы не хотим что бы нас уволили, у нас семьи и их нечем будет кормить, если что, а ничего другого, кроме как лечить - мы не можем.
При объявлении чрезвычайного положения медперсоналу дежурство оплачивается по двойному тарифу, но у нас в городе не будет объявлено чрезвычайного положения, у нас же все в порядке - да и вдруг страна разорится.
Такая же ситуация по всем московским больницам.
Кроме, наверное - и к сожалению, - ЦКБ.

P. S. До Кремля по прямой - от силы - 10 км. Только кого это интересует?


цель перепостов - сподвигнуть власти к объявлению чрезвычайного положения